Почему мы открыли этот сбор
В ближайшие дни на нашем сайте проходят технические работы. Сайт остаётся доступным, но отдельные разделы могут временно отображаться некорректно или обновляться с задержкой. Наша команда уже работает над тем, чтобы всё вернуть в порядок как можно скорее.
Пока же вы можете сделать пожертвование для Рахель по следующей ссылке: https://www.jgive.com/new/en/ils/donation-targets/153498
Когда мы стоим под хупой – нам кажется, что это навсегда, что нет никаких препятствий, которые не может победить любовь. К сожалению, это не всегда так. Иногда люди разводятся и причины могут быть совершенно разными. Важно – чтобы даже после развода – пара могла найти общий язык в таких важных вопросах, как воспитание общих детей. И это получается тоже, увы, не всегда. Сегодня мы расскажем вам о девушке, которая в своем простом стремлении просто быть мамой собственного сына уже 4 года «живет» в раввинском суде.
Хана приехала в Израиль в 24 года из Киева. Через год задумалась о самоидентификации в еврейском мире и решила пройти ортодоксальный гиюр. С будущим мужем – назовем его Д. – она познакомилась в синагоге. Сильно старше ее, родившийся в стране, в среде харедим, мужчина привлек Хану своими глубокими знаниями Торы, начитанностью, высоким духовным уровнем. Все началось с наставничества – и сразу после Ханиного гиюра – превратилось в предложение встать под хупу. И Хана сказала «да».
К сожалению, то, что на старте кажется мелочью – чаще всего с прошествием времени превращается в огромный ров разногласий. Разница в возрасте, менталитете, в финансовом положении привели к непримиримым разногласиям и разводу. А отсюда – к бесконечным судебным процессам за опеку над единственным сыном, Михаэлем. Михаэлю чуть больше 5 лет – и почти всю его жизнь родители судятся. Первичное решение суда – 4 дня опеки (включая все праздники и Шаббаты) достаются отцу, 3 дня – маме и это исключительно будни. Причем в те дни, когда сын у папы, Хана даже не может говорить с ним по телефону, пожелать ему «спокойной ночи», сказать, что она его любит.
«Я не знаю, может он (бывший муж – примечание автора) боится, что сын в моем доме будет менее соблюдающим, потому что по его мнению я недостаточно харедимна… Но я готова соблюдать все ради Михаэля, ради целостности его мира – Шабат, Кашрут – вот это все – вообще без проблем. Я мечтаю сделать субботний кидуш вместе с сыном, я хочу иметь возможность благословить его перед Шаббатной трапезой, провести с ним целый день, а не как в будни – час утром, 3 часа вечером после работы и учебы, не бежать никуда» - рассказывает Хана.
Хана не хочет войны, не хочет делить ребенка. Она искренне считает, что папа и мама в жизни малыша одинаково важны. Она работает и готова обеспечивать ребенка всем необходимым, снимает просторную квартиру, где у ребенка есть своя территория. Она хочет найти компромисс и найти какое-то равновесие в графике совместной опеки. Хочет принимать решения в жизни сына.
«В этом году Д. увез сына на Песах из страны на целых 10 дней. Лично я считаю, что для такого малыша 10 дней без мамы и возможности хотя бы поговорить с ней по телефону – это ужасно долго.» - считает Хана. Для того, чтобы быть матерью собственного сына, Хане снова и снова приходится идти в раввинский суд. Судиться, скажем честно, довольно накладно, а уж судиться 4 года – Хана исчерпала все ресурсы, свои и родственников. И теперь, перед финишной прямой, ей нужна наша помощь на оплату судебных расходов за право быть мамой собственного сына. «Мама, а кто у тебя будет на Шаббат? Тетя Ривка? Классно. Мама, а позови меня в гости на Шаббат тоже, я так хочу провести Шаббат с тобой» - пятилетний Михаэль просто не понимает, почему не может быть в этот день иногда с мамой, иногда с папой, по очереди.
Мы можем помочь исполнить мечту малыша увидеть как мама зажигает свечи, смеяться с ней за столом, а потом целый день не спеша гулять и разговаривать-разговаривать-разговаривать о самом важном – если соберемся вместе. Каждый шекель важен и имеет значение.
.png)
